Тайная школа внутри чинары

Сакральные места Узбекистана. Большевики и богословы в одном медресе

«Фергана» продолжает публикацию исторических очерков Андрея Кудряшова, посвященных культовым местам Узбекистана и ритуалам зиёрата. Сегодняшний материал — о мудром правителе Ургута и династии шейхов, хранивших его захоронение.

Святилище Чор-Чинор. Фото Андрея Кудряшова, "Фергана"

Почитаемые места в окрестностях Ургута объединяет одна примета — наличие в самом центре святилища родника с чистой водой и растущих на его берегах больших деревьев. В условиях очень жаркого и сухого климата большинство горных ручьев полностью пересыхают к началу лета. Поэтому постоянный источник питьевой воды, которую можно использовать также для полива окрестных садов и полей, закономерно представляется людям даром небес.

В первые века распространения ислама в Центральной Азии большинство святилищ прежней религии — зороастризма — повсеместно подвергались тотальному разрушению: так, чтобы даже воспоминание о них исчезло из памяти народа. Однако родники и священные рощи избежали этой печальной участи. Мусульманам чистая вода нужна была не только для питья и орошения земель, но и для обязательных омовений перед совершением намаза. Народные предания, связывавшие эти места с древними языческими культами, практиковавшимися еще до проповедей Заратуштры, стали замещаться благочестивыми легендами о чудесных деяниях персонажей Корана или о жизни мусульманских подвижников.

Культовый комплекс Чор-Чинор (что буквально значит четыре чинары) в Ургуте ведет свою легендарную историю с IX века. Согласно преданию, один из арабских полководцев участвовал в окончательном утверждении ислама в окрестностях Самарканда. Звали его Ходжа Абу Талиб по прозвищу Сармаст, Опьяненный, и он был назначен правителем Ургута. Считается, что именно он посадил вокруг родника те самые четыре чинары (они же платаны).

Абу Талиб был добрым и справедливым правителем, прожил долгую и праведную жизнь, умер в 866 году и был похоронен у подножия этих деревьев. Согласно свидетельству самаркандского ученого XIX века Абу Тахира Ходжи Садри, в XVIII-XIX веках некий Каттабек диванбеги, то есть местный правитель, возвел в восточной части захоронения Ходжи Абу Талиба медресе.

Другие подробности биографии Абу Талиба Сармаста до наших дней не дошли. Не сохранились и остатки построек IX и даже XIX веков. При завоевании Самарканда войсками Российской империи медресе Каттабека вместе с крепостью беков Ургута было разрушено в 1868 году корпусом полковника Абрамова. Только в 1915 году самаркандский зодчий Абдукадыр вместе с мастером из Ургута Облокулом по заказу тогдашнего смотрителя святилища шейха Мухиддинхана построили в роще Чор-Чинор купольную мечеть. С этого же времени до наших дней дошла гробница его отца, известного ишана Валихана Исмаилходжи (1842-1915), преподававшего исламское богословие в медресе Мири Араб в Бухаре. Сам шейх Мухиддинхан в 1928 году был изгнан из Ургута коммунистами, эмигрировал в Саудовскую Аравию и был похоронен в Медине в 1931 году. После изгнания шейха медресе использовалось советскими властями как детский дом, дом престарелых и столовая.

Пещера в чинаре

Но роща Чор-Чинор не переставала быть культовым местом и во времена СССР. Последнее историческое надгробие в ней принадлежит внуку Валихана Исмаилходжи, ученому-востоковеду и богослову, шейху Кутбиддинхану Мухиддинову (1906-1983). Шейх Кутбиддинхан находился в дружеских отношениях с государственными лидерами советского Узбекистана — Акмалем Икрамовым и Файзулой Ходжаевым — и классиком узбекской литературы, писателем Гафуром Гулямом. Во время сталинских репрессий 30-х годов шейха дважды арестовывали и однажды приговорили к расстрелу, но каким-то чудом он все-таки уцелел. Когда в 1983 году шейх умер, жители Ургута потребовали похоронить его в роще Чор-Чинор рядом с могилой деда. Власти не решились отказать народу в этом требовании.

Мечеть внутри ствола дерева. Фото Андрея Кудряшова, "Фергана"

После того как Узбекистан в 1991 году обрел суверенитет, роща Чор-Чинор вернула себе статус мемориального комплекса, а заодно стала популярной туристической достопримечательностью самаркандского региона. Спустя десятилетие роща превратилась в крупное святилище, глубоко почитаемое не только местными жителями, но и многочисленными паломниками из разных регионов Узбекистана. Роща выглядит как одна древесная чаша, где десятки исполинских чинар со стволами в несколько обхватов густо переплелись выпирающими из почвы могучими корнями. Самые крупные деревья снабжены табличками с надписями, указывающими их действительный или легендарный возраст — от 800 до 1200 лет. Это вполне возможно: в других регионах мира известны платаны, чей доказанный возраст равняется 2300 годам.

Самая крупная из здешних чинар достигает высоты 35 метров. Под ее корнями образовалась огромное дупло или естественная пещера. Эта удивительная пещера полностью скрыта внутри дерева, основание которого служит ей потолком. Стены пещеры частично укреплены изнутри кирпичной кладкой, а вход снабжен резной дверью с замком. Внутри дерева одновременно может поместиться до десяти человек. Изначально оно, скорее всего, использовалось как чилляхона — место сорокадневного молитвенного уединения суфийских отшельников. Есть легенда, что еще до революции дерево для тайных сходок облюбовали большевики-заговорщики, а во времена СССР в нем было секретное медресе — исламская богословская школа. В народе дерево называется Мактаб-Чинор, то есть дерево-школа.

В центре священной рощи Чор-Чинор, как в живой чаше, скрывается родниковое озеро с идеально чистой водой. Бьющие из-под земли ледяные ключи достают до самой поверхности озера. Паломники обязательно приходят сюда на поклонение, чтобы исполнились их заветные желания. Иногда прямо возле озера приносят в жертву животных — местные жители не возражают. Ручей, вытекающий из источника, снабжает водой всю верхнюю — ближнюю к горам — часть Ургута, орошая фруктовые сады и огороды.

Фото Андрея Кудряшова / «Фергана»

Читайте также